Эллинистическая религия
В эпоху эллинизма заметно возросла роль религии в жизни общества по сравнению с классической эпохой. В широких массах населения благодатную почву находят настроения мистицизма, попытки обретения бога, более близкого к человеку, к отдельной личности. Возрастает значение разного рода мистерий, тайных культов, дававших, по мнению их приверженцев, некое сокровенное знание и обеспечивавших благой удел после смерти. В целом для эллинистической религии в значительно большей степени, чем для традиционной греческой, характерен интерес к вопросам загробного бытия. На той же волне мистицизма пышно расцвело увлечение магией, оккультизмом, пришедшей из Вавилона астрологией.
В обстановке нестабильности, постоянных войн, утраты веры в мировую справедливость возникло характерное эллинистическое явление – культ слепого случая, который олицетворяла богиня Тиха. В то же время в отдельных противоречиво развивавшихся религиозных воззрениях проявлялись и больший упор на этические ценности, и несомненная тяга к монотеизму.
Классическое представление греков о богах претерпело серьезный кризис. Древние олимпийские божества во многом отодвинулись на второй план, за исключением Зевса, который в некоторых религиозных концепциях приобрел роль универсального бога-мироправителя. Поиск новых объектов поклонения шел в основном на Востоке. В греческую религию эллинистического периода буквально хлынули потоком восточные боги. Огромной популярностью пользовались культы египетской богини Исиды, малоазийской Кибелы, иранского бога Митры… Появлялись и «смешанные» греко-восточные боги. Важнейшим из них был Серапис, культ которого ввел в Александрии Птолемей I. Серапис сочетал в себе черты египетского Осириса; греческих Зевса и Аида.
Александр Македонский первым в греческом мире воспринял древневосточную традицию обожествления царей. Эллинистические монархи по его примеру провозглашались богами (одни после смерти, другие еще при жизни); они учреждали собственные культы, строили храмы в свою честь, назначали жрецов. Из подобной практики вытекало важное следствие: грань между богами и людьми постепенно стиралась, получала распространение идея богочеловека.
Эта идея приходила в соприкосновение с представлением о Мессии – грядущем спасителе и освободителе. Сильнее всего мессианизм был распространен в Иудее, где он принял наиболее яркие формы у секты ессеев. Документы ессеев, найденные археологами в пещерах на берегах Мертвого моря, рисуют впечатляющую картину близкого конца света и прихода божественного Мессии (Мессия – по-гречески Христос). Таким образом, эллинистический мир уже стоял на пороге христианства.