Деятельность софистов
Во второй половине V в. до н. э. в греческих полисах появились новые и странные люди. Это были странствующие учителя мудрости, переезжавшие из города в город, произносившие напыщенные и остроумные речи на площадях, собиравшие толпы слушателей и готовые за плату дать любому желающему уроки красноречия, искусства управления государством, а заодно и изложить в доступной форме все накопленные человеческой мыслью знания. Особенно много таких приезжих знаменитостей было в Афинах, где их деятельность всячески поощрялась Периклом и его преемниками. Афиняне старшего поколения, традиционного склада ума относились к этим учителям скептически и не без опаски, окрестив их пренебрежительным именем «софистов», то есть «мудрствующих» (под этим названием они и вошли в историю). Но молодежь, особенно из знатных и богатых семей, слушала лекции софистов с восторгом.
Среди софистов были действительно крупные мыслители. В их числе следует назвать философа Прогпаора (480-410 гг. до н. э.), оратора Горгия (485-380 гг. до н. э.). Но в качестве софистов подвизалось также несколько десятков самонадеянных посредственностей, а то и просто шарлатанов.
Несмотря на индивидуальные отличия, учениям всех софистов был присущ ряд важных общих черт. В центре их теоретических построений находился человек. Как писал в одном из своих трудов Протагор, «человек есть мера всех вещей». Этот тезис знаменует два важных новшества. Во-первых, софисты принципиально отказались от изучения внешнего физического мира, считая его непознаваемым. Наиболее откровенно в этом смысле (может быть, с прямой целью шокировать публику) выразился Горгий: «Ничего не существует; если что-то и существует, то оно непознаваемо; если что-то и познаваемо, то невыразимо». Таким образом, изучать возможно лишь человека, да, собственно, толь-ко это и нужно для жизни. Во-вторых, признание человека мерой всех вещей влечет за собой утверждение об относительности и субъективности всего сущего. Ведь у каждого человека свои суждения, свое видение истины. А значит, абсолютной истины, общей для всех, и объективных ценностей просто не существует. Отсюда – прагматизм софистов («истинно то, что полезно и выгодно»), а у некоторых из них – неприкрытый культ силы («кто сильнее, тот и прав») и правовой нигилизм. Отсюда – критическое отношение к традиционному мировоззрению, особенно к религии. Протагор говорил: «О богах я не могу знать, есть ли они, нет ли их».
В целом деятельность софистов способствовала подрыву традиционных полисных ценностей, кризису верований и морали, росту индивидуализма. Однако оценивать их только негативно не следует. Они способствовали широкому распространению знаний в Греции: ранние мыслители проповедовали свои идеи в узких кружках единомышленников, софисты же вынесли философию на улицы и площади. Эти всесторонне образованные мыслители, «энциклопедисты» и «просветители» тогдашнего мира, внесли вклад в развитие ряда наук (грамматики, теории государства и права и др.), фактически положили начало античному ораторскому искусству.